Почему детям не нужны яркие детские площадки, а нужно пространство свободы
Что не так с пространствами для детей и как спроектировать среду, в которой действительно интересно играть и расти
В последние годы детская городская среда стала намного дружелюбнее: игровые конструкции сертифицированы и безопасны, дизайн — выверен по всем стандартам. Количество детских площадок растет, вот только дети в этих пространствах задерживаются ненадолго.
Почему пространства, созданные специально для детей и полные, казалось бы, возможностей и идей, не становятся настоящей территорией игры, свободы и роста? Об этом и не только поговорили с психологами, исследователями детства и научными сотрудниками лаборатории развития ребенка НИИ урбанистики и глобального образования МГПУ — Татьяной Ле-ван и Анной Якшиной.
Содержание:
» Почему дети быстро теряют интерес к современным площадкам
» Как свобода менять пространство помогает детям чувствовать себя авторами
» Зачем детям нужен управляемый риск и возможность действовать самостоятельно
» Как поддерживать самостоятельность ребенка
» Почему детям важно оставлять свой «след» и видеть результаты своих действий
» Как городские пространства могут стать местом силы для подростков
— Взрослым часто кажется: если площадка яркая и безопасная, значит, детям должно быть интересно, но в реальности это не всегда так. Почему возникает такое расхождение между ожиданиями взрослых и опытом детей?
— Анна Якшина: Детские городские пространства меняются и становятся все более разнообразными. Радует тренд на использование натуральных материалов, уход от жестко заданной тематики, работу с естественным рельефом и учет специфики места. Все чаще появляются не просто площадки, а целые пространства, предлагающие детям множественные сценарии использования, побуждающие придумывать, взаимодействовать, активно двигаться. Но по-прежнему во дворах преобладают, скорее, типовые конструкции, которые проектируются без учета возрастных и психологических потребностей детей. По сути, они отличаются от конструкций предыдущего поколения только внешне. Игровой процесс однообразен: дети скатываются с горок, качаются на качелях, забираются на лестницы, но почти не общаются и не играют вместе. Они будто выполняют некий алгоритм, заданный площадкой, ставят галочки в небольшом перечне возможных действий, а затем некоторые так и сообщают родителям, сидящим в сторонке: «Я всё».
На таких площадках дети не задерживаются: когда все придумано за них, интерес к игре быстро угасает. Во время исследования мы часто наблюдали, как дети пытаются повышать игровую ценность доступного им пространства двумя способами: используют оборудование не по назначению — забираются на крыши, спрыгивают, забегают на горки; играют за пределами площадки — строят домики в кустах, выходят на дорожки, приносят палки и так далее. И оба эти способа чаще воспринимаются взрослыми как хулиганство, детей останавливают, пытаются дисциплинировать, призвать к порядку. Как результат, ребенок мается и просится домой.
Вторая причина, по которой детям сложно затеять игру даже на хорошей площадке — сложности с общением. Сейчас редко встречаются детские игровые разновозрастные сообщества. Многие дети не знают, как играть в подвижные игры, часто у них нет возможности общаться с другими детьми, потому что не хватает свободного времени: они перегружены занятиями и кружками. Даже оказавшись в хорошем прогулочном пространстве, дети могут стесняться, «висеть» на взрослом, конфликтовать с другими детьми или просто не знать, что им делать.
— И что делать в этом случае?
— Анна Якшина: Если родители видят, что их ребенок в хорошем детском пространстве вместо исследования и игры сидит на скамеечке и ничего не делает, то важно не ругать его и «не подталкивать»: «Иди поиграй с этим мальчиком», а дать время, придумать вместе что-то интересное, помочь при необходимости познакомиться с другими детьми или договориться о совместной игре. В этом смысле хорошо спроектированное прогулочное пространство может как раз дать тот самый недостающий опыт разновозрастного общения и взаимодействия, активного движения, совместности и игры. Важно, чтобы у детей было на это время, а взрослые понимали ценность таких деятельностей.
— То есть проблема в том, что на многих детских площадках уже всё придумали за ребенка? Получается, важны не сами объекты на площадке, а то, что ребенок может с ними сделать?
— Анна Якшина: Да, псевдодетская эстетика пространства с навязанной тематикой, яркими мультяшными персонажами, громкая, кричащая, не предполагает диалога с ребенком. Взрослые создают не живую среду, а декорацию. А ребенку важно чувствовать, что пространство можно менять, наполнять собственными смыслами, использовать по-разному, исходя из собственного замысла. Такие детские городские пространства создают условия, в которых дети могут получать реальный опыт воздействия на окружающую среду и проявлять свою субъектность. Все это вносит вклад в развитие у маленьких горожан чувства принадлежности, изменение отношения к своему двору и району: «Это не просто какая-то площадка, а мое пространство, в котором мне интересно находиться и которое важно для меня, о котором я буду заботиться».
— Татьяна Ле-ван: Пространства для игры должны быть приглашающими, тогда ребенок сможет удовлетворить свою потребность в игре. Для дошкольника игра — это ведущая деятельность, настоящая школа жизни. Через игру ребенок развивает воображение, навыки коммуникации, инициативность, умение соблюдать правила. Это и познавательное развитие: чтобы придумать сюжет и развивать его, нужно обладать некоторым опытом. Детям нужны не яркие площадки со всевозможным дизайном, а пространство для собственного действия и самостоятельных решений.
— Но родители часто боятся: вдруг ребенок упадет, поранится, испугается. Как совместить самостоятельность и безопасность?
— Татьяна Ле-ван: Родители хотят, чтобы ребенок был самостоятельным, но при этом — чтобы ничего не случилось. Однако самостоятельность — одна из базовых потребностей ребенка. Начиная с младшего школьного возраста ему важно учиться нести за себя ответственность: самому ходить в школу, делать покупки в ближайших магазинах. Чтобы научиться отвечать за себя, ребенку нужно пространство, где он может действовать сам, где есть возможность контролируемого риска.
— Риск — слово пугающее. Почему Вы считаете, что он необходим?
— Татьяна Ле-ван: В современном мире риск имеет негативную коннотацию как что-то опасное. На самом деле это встреча с неизведанным, с неожиданным, которое требует от тебя действий: принять решение, оценить свои силы, преодолеть какие-то трудности. Мы всегда рискуем, когда получаем новый опыт: завязываем отношения, чему-то учимся. По сути, риск — это зона ближайшего развития.
— А как понять, что ребенок готов к этой самостоятельности? Можно ли увидеть момент, когда стоит «отпустить» и позволить риск?
— Анна Якшина: К самостоятельности нельзя быть полностью готовым, она рождается в процессе собственных проб ребенка и всегда несет с собой риск, что что-то может не получиться, и определенную ответственность за последствия. Важно поймать момент, когда ребенку интересно что-то новое, и он хочет попробовать, говоря, например: «Я хочу сам сделать». Важно поддержать его в этом, убрав при этом скрытые угрозы, которые ребенок пока не может предвидеть, планируя свою деятельность.
На прогулочных пространствах важно учитывать два момента. Во-первых, современное оборудование часто проектируется так, что если ребенок еще двигательно не готов к его использованию, то он не сможет на него забраться: например, расстояние между ступеньками или канатами слишком велико. Так, сама конструкция предупреждает скрытые опасности, которые малыш пока сам не может предвидеть. Ошибкой со стороны взрослых будет чрезмерная помощь: мама помогла залезть на высокую горку, и малыш оказывается на слишком большой высоте, падение с которой может быть травматично. Правильнее было бы не форсировать события, а дать ребенку возможность поупражняться самому — когда он будет готов, он сможет забраться сам. Управляемый риск возможен для ребенка лишь тогда, когда он сам может варьировать доступные уровни сложности, и при этом нет скрытых опасностей. Риск и безопасность не противоположности, риск не должен приводить к серьезным травмам. Задача взрослого — дать ребенку возможность рисковать в пространстве, где нет скрытых угроз, с которыми он пока не может справиться. Это и торчащие гвозди, и слишком высокое или сломанное оборудование, езда на велосипеде без шлема и так далее.
Во-вторых, взрослому важно быть самому психологически готовым к рискующему ребенку. То есть если мы отпускаем ребенка, важно быть рядом, но сохранять спокойствие и не передавать ребенку свою тревогу, не срываться в гиперопеку, а наоборот транслировать: «Я рядом, я в любой момент приду тебе на помощь». Когда ребенок что-то пробует делать самостоятельно в первый раз, не всегда все получается гладко и как изначально хотелось. Важно не стыдить и не обесценивать ребенка: «Эх ты… я говорила, что не надо тебе туда ходить. Что ты такой неуклюжий?» — а наоборот поддерживать его эмоционально, подбадривать и помочь понять, как сделать так, чтобы в следующий раз получилось. Если ребенок пробует новое, у него не получается, и он встречает волну критики, осуждения и наказания, то в следующий раз пробовать не захочется вовсе. Лучший способ убить самостоятельность — запретить ошибаться и внушить ребенку, что все новое опасно и неприятно.
Что помогает детям становиться настоящими инициаторами и активными деятелями? Ответы в интервью с Анной Якшиной и Татьяной Ле-ван «Вседозволенность или право ребенка: как поддержать детскую инициативу».
— Когда ребенок учится действовать и брать на себя ответственность, появляется новое желание — чтобы его действия имели значение. Можно ли сказать, что следующая ступень развития — это стремление быть замеченным?
— Татьяна Ле-ван: Да, детям важно понимать, что они на что-то влияют, зафиксировать свое присутствие в мире, оставить след. Мы видим, как любые поверхности — стены, асфальтовые дорожки — покрываются детскими рисунками и надписями, часто вопреки воле взрослых.
На стене у подъезда кто-то написал маркером: «Здесь был Ярик».
Для взрослых — хулиганство, для ребенка — способ заявить: я есть.
У подростков потребность к самовыражению — ведущая. Ребенок выстраивает свою систему координат — кто свой, кто чужой, учится понимать себя и других, договариваться, устанавливать свои границы и уважать чужие. Если у них нет возможности выразить себя легально, они все равно будут заявлять о себе, часто довольно экстремальными способами.
— Получается, что ребенку важно чувствовать себя частью чего-то большего — группы, двора, города? Может ли город помочь ему найти «своих»?
— Анна Якшина: Правильно организованная среда может помочь подростку найти свою стаю, начать общаться с близкими по духу людьми. Это может происходить, когда среда буквально разворачивается к подростку и говорит: «Смотри, я пространство возможностей. Что тебе интересно? Скейты? Музыка? Сериалы? А может, ты хочешь меняться книжками?». Живая среда — это не просто безопасность, а возможность коммуникации, культуры, общности.
— Если среда может помочь подростку найти «своих», то получается, что городу важно не только «открываться» детям, но и принимать их такими, какие они есть. Но именно на этом этапе всё часто ломается: взрослые воспринимают подростков как проблему — шумят, мешают, занимают «чужое» пространство. Почему нам так трудно принять их присутствие и что нужно, чтобы они могли быть в городе «своими»?
— Татьяна Ле-ван: Главная задача подросткового возраста — найти свое место в обществе — реализуется в сообществе сверстников. Вот почему у подростков должна быть легальная возможность собираться в городе. Взрослым порой трудно понять подростков, ведь разные поколения существуют в разных культурных кодах, при этом ценят в городе разные смыслы. В подростковом возрасте человек стремится предъявить себя миру, порой это выглядит вызывающе, провоцирует окружающих, нарушает привычный ритм и атмосферу среды. Для взрослых город — это, в первую очередь, пространство функциональное и регулируемое: добраться до работы, купить продукты, отдохнуть. Для подростков — это пространство социальное, сцена для самопрезентации, экспериментов с идентичностью и эмоционального обмена.
Взрослые, особенно пожилое поколение, уже забыли себя в подростковом возрасте. Они считают, что город — их пространство, что они его «заслужили» своим трудом и уплаченными налогами. Подростки же, не имея экономического веса и политического голоса, кажутся «захватчиками», которые бесплатно и бесцеремонно пользуются «чужим» пространством — лавочками, дворами. Возникает ощущение, что они «потребляют», но не «создают».
Места, где подростки будут ощущать себя «своими» не просто можно, но и жизненно необходимо создавать. Это не должны быть «резервации», куда взрослые пытаются их загнать, чтобы они не мешали. Нужны настоящие «третьи места» — непринужденные пространства между домом и школой, где можно просто быть. Это могут быть кафе с недорогой едой и возможностью подолгу сидеть, открытые павильоны с Wi-Fi и розетками, арт-хабы, библиотеки нового формата с зонами для общения, скейт-парки, интегрированные в парки, а не вынесенные на окраину. Важно, чтобы эти места были доступны, безопасны и — что ключевое — полифункциональны, позволяли менять сценарии использования.
На мой взгляд, самый эффективный способ сделать подростков «своими» в городе — дать им почувствовать себя его соавторами. Когда мы привлекаем их к проектированию и обустройству этих самых пространств, происходит магия. Из потенциальных «вредителей» они превращаются в хозяев, которые уже сами будут следить за порядком, потому что это их место. Они учатся ответственности через право, а не через запрет. Город для подростка должен быть немного «конструктором». Площадки, которые можно трансформировать, передвижная мебель, элементы, которые можно перекрашивать или переставлять (в рамках разумного). Это отвечает их внутренней потребности в изменении и отрицании раз и навсегда заданных правил. Пространство, которое можно адаптировать под свои нужды, воспринимается как свое.
В итоге, чтобы принять подростков, нам, взрослым, нужно сделать сложную внутреннюю работу: перестать видеть в них «проблему, которую надо решить», и начать видеть «процесс, в котором надо участвовать». Когда мы создаем для них условия, мы на самом деле инвестируем в будущее всего города, потому что следующий человек, который будет благоустраивать ваш двор, открывать в нем кафе или просто поддерживать в нем порядок, — это сегодняшний подросток. И он будет относиться к городу так, как город однажды отнесся к нему.
Обложка: Крутая песочница (2024)
